Tags: архим. Григорий (Цвынтарный)

Книги

ЖИТЬ!

Завтра начинается Петров пост. Почитал некоторые посты в ленте на ФБ и вспомнил свою старую запись в ЖЖ, посвященную началу Великого поста.

Приближается Великий пост.
И уже слышен (пока -- едва-едва) глухой стон... даже не "болящих", а "болельщиков"... Тех, кто очень сильно переживает, что многие из ревности не по разуму пост пережить не смогут. Через несколько дней стон станет громче, возгонится до визга. Сострадание часто визгливо :)
И вновь... Вновь мы услышим о вурдалаках-духовниках, заставляющих строго поститься беременных на девятом месяце и больных на четвертой стадии рака. Вновь узнаем о недавних смертях запостившихся до смерти одиноких старух и многодетных матерей со чада. Вновь просвещенные батюшки будут рассказывать, что курочку и здоровому-то не грех съесть, лишь бы не соблазнить немощных, да и вообще, важно поститься духовно -- неосуждением, это, да, трудно, а диета... слишком просто, и пост -- не диета... людей не ешь!
Чаще всего это все -- реакция организма на приближающийся дискомфорт. Современный человек любит комфорт. И потому готов только на духовный подвиг неосуждения "курочки".
Но есть еще и глубинное в этих ужастиках о массовых смертях:
Жить! Жить! Жить! Не умереть! Никогда не умереть! Или -- потом, не сейчас, только не сейчас! Как так -- умереть, ведь можно и нужно сделать еще столько хорошего и полезного для людей! И делать это полезное сколько возможно дольше! Ну, я понимаю, -- умереть, спасая кого-то! Например -- многодетную мать со чада, одинокую старуху... Во время пожара... Или наводнения... Но вот так... неизвестно за что... по дурости собственной и духовника...
Тут две вещи.
Во-первых, "умереть, спасая" -- штука вроде "умереть потом, не сейчас". Ну, мы ж не плаваем все время прям среди горящих домов :) Может, свезет, и вообще никогда не придется умереть... ну, в смысле "спасая".
Во-вторых, это, конечно, маловерие. Не слишком-то реально -- то, что, возможно, ждет нас за гробом. Гораздо менее реально, чем наша нынешняя жизнь. И, действительно, глупо терять известно что, меняя его неизвестно на что. Смягченная версия маловерия -- "милостивый Бог". Бог нас не осудит, Бог есть любовь, Он не покарает из-за курочки! Бог очень заботится о нашем комфорте и долгой комфортной жизни. Он, как известно, не хочет смерти даже грешника, а хочет, чтобы он жив был! А "курочка" -- вообще не грех, если, особенно, не осуждать других и делать полезное для них. И жить! Жить! Жить!

Однажды, будучи в гостях у своего духовного отца архим. Григория, я услышал рассказ о женщине, которая не приняла таблетку, так как собиралась причащаться и соблюдала евхаристический пост.
"Ну, разве так можно, батюшка?" -- спрашивала рассказывавшая. "Так надо было исповедаться. Рассказать, что болящая." -- ответил о. Григорий -- "Я бы допустил к причастию, и любой другой священник тоже".
- А вот она по ревности сама решила не пить таблетку!
- Сама -- нехорошо. И что?
- И умерла...

Collapse )
Книги

Отец.

Мне иногда снится сон. Как будто мы с папой беседуем где-нибудь тихо так, мирно, ласково, радостно. И так хорошо, светло на душе от того, что мы не ругаемся, не кричим... А потом я вспоминаю, что папа умер. Но я думаю: «Не буду папочке говорить, что он уже умер. Мы так хорошо разговариваем, радуемся. Не буду говорить!».
В последнюю ночь мы с папой говорили очень хорошо. Ласково, мирно. Но не радостно. Мы прощались... Я благодарен Богу, что он даровал мне эту возможность — попрощаться с отцом. Попросить у него прощения, услышать: «Я вас прощаю, Каро. И Грише передай».
........................................................
Через несколько месяцев после смерти папы две мои знакомые попросили отвезти их в Армавир к их духовному отцу — архимандриту Григорию. Мы приехали и довольно долго звонили. Никто не открывал. В какой-то момент я сказал, что его нет, наверное, надо ехать назад. Знакомые мои уверяли, что он дома, потому что машина (старенькая "Нива") во дворе, а у него больные ноги и без машины он дом не покидает. Но тут калитка в воротах открылась и вышел очень пожилой седой человек в подряснике. Он благословил радостных женщин, и они прошли во двор. Я тоже подошел под благословение. Он посмотрел на меня внимательно и спросил, глядя мне в глаза:
— А это кто с вами?
— Батюшка, это знакомый наш. Привез нас. Киприан.
Я тоже пробормотал нечто вроде «да я водитель...».
— Зайдешь?
— Как благословите.
— Заходи.

Я зашел, и началась новая моя жизнь.
Collapse )
Книги

Жить!

Приближается Великий пост.
И уже слышен (пока -- едва-едва) глухой стон... даже не "болящих", а "болельщиков"... Тех, кто очень сильно переживает, что многие из ревности не по разуму пост пережить не смогут. Через несколько дней стон станет громче, возгонится до визга. Сострадание часто визгливо :)
И вновь... Вновь мы услышим о вурдалаках-духовниках, заставляющих строго поститься беременных на девятом месяце и больных на четвертой стадии рака. Вновь узнаем о недавних смертях запостившихся до смерти одиноких старух и многодетных матерей со чада. Вновь просвещенные батюшки будут рассказывать, что курочку и здоровому-то не грех съесть, лишь бы не соблазнить немощных, да и вообще, важно поститься духовно -- неосуждением, это, да, трудно, а диета... слишком просто, и пост -- не диета... людей не ешь!
Чаще всего это все -- реакция организма на приближающийся дискомфорт. Современный человек любит комфорт. И потому готов только на духовный подвиг неосуждения "курочки".
Но есть еще и глубинное в этих ужастиках о массовых смертях:
Жить! Жить! Жить! Не умереть! Никогда не умереть! Или -- потом, не сейчас, только не сейчас! Как так -- умереть, ведь можно и нужно сделать еще столько хорошего и полезного для людей! И делать это полезное сколько возможно дольше! Ну, я понимаю, -- умереть, спасая кого-то! Например -- многодетную мать со чада, одинокую старуху... Во время пожара... Или наводнения... Но вот так... неизвестно за что... по дурости собственной и духовника...
Тут две вещи.
Во-первых, "умереть, спасая" -- штука вроде "умереть потом, не сейчас". Ну, мы ж не плаваем все время прям среди горящих домов :) Может, свезет, и вообще никогда не придется умереть... ну, в смысле "спасая".
Во-вторых, это, конечно, маловерие. Не слишком-то реально -- то, что, возможно, ждет нас за гробом. Гораздо менее реально, чем наша нынешняя жизнь. И, действительно, глупо терять известно что, меняя его неизвестно на что. Смягченная версия маловерия -- "милостивый Бог". Бог нас не осудит, Бог есть любовь, Он не покарает из-за курочки! Бог очень заботится о нашем комфорте и долгой комфортной жизни. Он, как известно, не хочет смерти даже грешника, а хочет, чтобы он жив был! А "курочка" -- вообще не грех, если, особенно, не осуждать других и делать полезное для них. И жить! Жить! Жить!

Collapse )