Киприан Шахбазян (kiprian_sh) wrote,
Киприан Шахбазян
kiprian_sh

Отец.

Мне иногда снится сон. Как будто мы с папой беседуем где-нибудь тихо так, мирно, ласково, радостно. И так хорошо, светло на душе от того, что мы не ругаемся, не кричим... А потом я вспоминаю, что папа умер. Но я думаю: «Не буду папочке говорить, что он уже умер. Мы так хорошо разговариваем, радуемся. Не буду говорить!».
В последнюю ночь мы с папой говорили очень хорошо. Ласково, мирно. Но не радостно. Мы прощались... Я благодарен Богу, что он даровал мне эту возможность — попрощаться с отцом. Попросить у него прощения, услышать: «Я вас прощаю, Каро. И Грише передай».
........................................................
Через несколько месяцев после смерти папы две мои знакомые попросили отвезти их в Армавир к их духовному отцу — архимандриту Григорию. Мы приехали и довольно долго звонили. Никто не открывал. В какой-то момент я сказал, что его нет, наверное, надо ехать назад. Знакомые мои уверяли, что он дома, потому что машина (старенькая "Нива") во дворе, а у него больные ноги и без машины он дом не покидает. Но тут калитка в воротах открылась и вышел очень пожилой седой человек в подряснике. Он благословил радостных женщин, и они прошли во двор. Я тоже подошел под благословение. Он посмотрел на меня внимательно и спросил, глядя мне в глаза:
— А это кто с вами?
— Батюшка, это знакомый наш. Привез нас. Киприан.
Я тоже пробормотал нечто вроде «да я водитель...».
— Зайдешь?
— Как благословите.
— Заходи.

Я зашел, и началась новая моя жизнь.
Во второй приезд я исповедался у отца Григория. В третий-четвертый приезд он сам мне сказал, что считает меня своим сыном духовным.
Он очень меня любил. Это не только я чувствовал, но и мои знакомые, которые часто ездили со мной. Было даже иногда смешно. Мы приехали, как-то особенно долго звонили, и одна из моих спутниц сказала, что батюшка нас, наверное, увидел в окно, но общаться не хочет. Но вторая возразила:
— Ты что? Он разве Киприана увидит и не откроет?!
И я очень любил его. Наше общение можно было бы охарактеризовать одним словом: «радость». Он смотрел на меня всегда радостно. И я так же смотрел на него.
И еще он был милостивый. На исповеди он никогда не говорил со мной строго, никогда не назначал каких-то епитимий. Но никогда я не плакал так чисто и искренне, как исповедуясь у него. Он очень верил в меня. Он верил так, как, думалось мне, в меня верит Бог. Он иногда говорил мне после исповеди, прочитав разрешительную молитву, когда я стоял в слезах и счастливый: «Посмотри! Вот ты какой хороший теперь!». Только в эти годы я действительно чувствовал себя не рабом, не наемником, но сыном. Сыном, который стремится не грешить из одной любви к отцу (Отцу), которому ненавистен грех потому, что грех несовместим с любовью отца (Отца) к сыну, и ответной любовью сына. Я, конечно, падал. Но он подавал мне силы вставать. Но вот что еще выше: он подавал способность вставать радостно. С ним я ощутил, что таинство Покаяния — воистину второе Крещение.
Я верил и верю, что это Господь послал мне его после смерти моего родного отца (удивительно, они с отцом были ровесниками и мирское имя о. Григория тоже было Георгий). Мне, очевидно, было нужно, чтобы в отношениях с отцом была не только любовь (мой папа сильно любил меня, это я знал, и сам его любил), но и радость, и милость, и свобода... Это были годы удивительной свободы. Я не боялся, не бунтовал, не спорил, не подчинялся, себя ломая. Я любил и верил. И я все время чувствовал, что Бог любит меня как сына Своего! Никогда, наверное, я так этого не чувствовал.

После исповеди 2
После исповеди.
..............................................................
Однажды мы с отцом выполняли заказ для исторического музея — восемь графических портретов. Мы с ним рисовали очень похоже по стилю, поэтому работа шла так: сначала рисовал я, потом — отец, как мы шутливо это называли, «проходил рукой мастера» (это было необходимо потому, что рисовал он гораздо, гораздо сильнее меня). Когда были получены деньги за работу, я высказал некие планы на какую-то их часть. Отец ответил, что планы мои никуда не годятся. Я робко возразил, что «папа, я же тоже работал...». На свои слова я получил полное разъяснение:
— Ты? Работал? Работал?! Ты не работал! Ты УЧИЛСЯ, <далее было употреблено словосочетание на армянском, означавшее, что я нечто в роде козявки в заднице>!!!
И папа был прав. Если я чему-то научился, то это во время работы с ним. Тем, что я хоть как-то рисую, я обязан ему (пожалуй, только ему).
...............................................................
В то время, когда я познакомился с отцом Григорием, он активно выступал против местного прославления в Сравропольской епархии, ширящегося почитания в нашей и готовящейся канонизации в РПЦ «старца» Феодосия. Батюшка прежде всего указывал, что этот «старец» — имябожник, а потому еретик, и прославлен как святой быть не может.
А я приехал к нему еще почитателем Флоренского, Булгакова и прочих «высокопросвещенных богословов» (как их именовали в годы «имяславческих» споров начала XX века). И я пытался возражать батюшке, что, мол, «не все так просто». Он ответил мне, что фантазии имябожников его не интересуют, да и меня не должны:
— Ты сам-то кто будешь? Богослов, как они? ;) Ты отцов почитай! Почитай и сравни! И со своей дурью сравни, и с ихней!
И вот до сегодняшнего дня я только этим и занимаюсь: читаю отцов и сравниваю все услышанные и прочитанные слова с их словами :) Всем, что я написал на темы богословия, я обязан отцу Григорию.

Отец Григорий как бы восполнял полученное мною от родного отца. Он подхватил меня и повел дальше.
Отец учил меня мужеству. Он учил меня не бояться смерти. Я старался... Но только отец Григорий смог дать мне чувство радостного ожидания смерти. В те годы я совсем почти не имел того, что Бердяев называл «тоской смерти, смертной тоской». Я как-то рассказывал историю, каким образом батюшка учил не бояться смерти: http://kiprian-sh.livejournal.com/302491.html Вот так я и чувствовал, так и верил.

_________________________________________
В 2008 году я перестал к нему ездить. И так больше никогда его не увидел.
Недавно он скончался: http://www.armeparh.ru/ru/novosti/578-18-oktyabrya-2015-goda-posle-prodolzhitelnoj-bolezni-na-devyanosto-pervom-godu-zhizni-skonchalsya-starejshij-klirik-armavirskoj-eparkhii-arkhimandrit-grigorij.html

На этот раз Бог не даровал мне возможность попрощаться с отцом...
Об этом я расскажу в другой раз. Пока что не могу. Пока что мне нужно молиться. Отец Григорий научил меня, что мы не расстаемся, даже если между нами — смерть.
Tags: Память, архим. Григорий (Цвынтарный)
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 30 comments