Киприан Шахбазян (kiprian_sh) wrote,
Киприан Шахбазян
kiprian_sh

Либералы и ватники.

Недавно мы с другом-либералом смогли-таки хорошо поговорить. Мы были у меня в Полковничьем. Мы сидели на веранде. Пели майские птицы, и голоса их особенно трогательно и чисто входили в нас, в наши души на фоне сопровождавшего их пение basso continuo речки.
Мой друг, как всегда, ругал нынешние власти, ругал свое начальство, которое заставляет его делать всякие гадости. Говорил, что он уже ненавидит свою работу (а он очень хороший специалист и руководитель). Потом снова затеял звать меня в Европу, расписывая чудеса архитектуры Европы, красоты заката над морем в Ницце, горной дороги в Итальянских Альпах, и вкус пражских рулек, бельгийского пива, фуа-гра в какой-то деревеньке во Франции. И — прекрасных, открытых свободных людей.
Он вообще сейчас живет по сути только этими поездками. Он прорабатывает маршрут для небольшой компании близких друзей. Нанимается машина, и они совершают как бы некое паломничество в иной мир. В мир, где все прекрасно: и дороги, и улыбчивые вежливые свободные люди, и архитектура, и кухня, и.... все-все-все! Потом они возвращаются и делятся впечатлениями, восторгами. А мой друг начинает проработку следующего маршрута. И все время, расписывая мне «страну святых чудес», он зовет меня и мою жену Марину присоединиться к компании. Компания нам не чужая, все они довольно часто и с большим удовольствием принимают участие в совместных выездах в Полковничье; так что никакого дискомфорта я бы не испытал.
Мы сидели с моим другом на веранде, слушали птиц, речку, смотрели в небо. И тут он повел рукой вокруг и сказал:
— Вот хорошо у тебя, но все равно все время чувствуешь, что вся эта суета и маета рядом, совсем близко. А там — все забываешь. Один чистый кайф! Вот там совершенно комфортно я себя чувствую! Поехали, ты просто не пробовал! Ты получишь удовольствие! Там настоящий комфорт для души!
И я все понял.
И сказал:
— Витюля, ты же бежишь просто. Туда — отсюда! Тебе вырваться хочется из. Но мне-то зачем? Мне не от чего бежать! Это, представь, как если кто-то сидит рядом с любимой, держит ее за руку, а друзья зовут его к топ-моделям знакомиться: «Там такие девушки!!! Они прекрасны! Ты таких и близко не видел! А как они умеют любить! Это чистый кайф! Пойдем! Ты просто не пробовал!!». Но человек, которого они зовут, он же с ЛЮБИМОЙ сидит! Зачем ему ваши топ-модели, пусть самые красивые и самые искусные в любви? У него настоящая любовь, по сравнению с которой «искусство любви» — просто мерзко ему. Там и мне. Мне не нужны пражские рульки, чтобы быть счастливым. Весь мой день, начиная с четырех утра, когда я встаю, заполнен тем, что я люблю. Куда же и когда же мне на ваших прекрасных девушек отвлекаться? Как мне оставить ЛЮБИМУЮ? J
Но ведь и ты, Витюля, ты хочешь не комфорта, иначе ты уже был бы доволен, у тебя же есть бабки на моделек комфорт и здесь, и там. Тебя же мучит, что ты вынужден против совести идти, против души своей! А потому ты бежишь туда, где все прекрасно уже тем хотя бы, что там нет нужды идти против совести и души. Но тебе не комфорт нужен на самом деле, а мир в душе! Ты нашел суррогат, да. Ты обретаешь некое услаждение. Но ты не обретаешь мира. Душа твоя ранена, и сладкие впечатления ее не исцелят. Потому что самое страшное в этом всем то, что если ты, вернувшись, не будешь снова поступать против совести, то у тебя не будет бабок ездить в Европу, где ты от этой раны «исцеляешься»! Ты попал в бесконечный порочный круг. Это ж ужас какой-то, Витюля! Тебе надо вырываться. Это же безнадега — то, что с тобой происходит!
Мой друг молчал. Потом удивленно и грустно согласился.

Я не знаю, чем все разрешится в его сердце, что и как осуществится во-вне. Я думаю, ему поможет только выход на пенсию...
А вот я — со своим любимым делом, которое мне еще и деньги приносит — что мне делать, если вдруг перестанет приносить? Жить-то надо... Значит надо искать будет работу, вполне возможно, что не очень по сердцу. А что делать? Жить-то, жить-то надо?
И я в таких случаях вспоминаю отца. Я помню летнее кафе в Ереване 1978 года, веселые воспоминания отца и его товарища-однокурсника... Однокурсника иногда «заносило» (они выпили коньяку, да и вообще очень расслабились на радостях, что увиделись через десятки лет), и он начинал вспоминать такое, чего, по мнению папы, сыну знать было не нужно. Тогда папа под столом (видимо думая, что сынок не видит!) пинал его. Однокурсник не сразу понимал, но после повторного пинка спохватывался и смешно смотрел на папу и меня, зажимая при этом рот. Это случилось несколько раз, так что, наверное, нога у него на следующий день побаливала. J И вот я тогда между шуток и радостного смеха друзей юности узнал одну историю, которая помогает мне жить. Товарищ в какой-то момент что-то вспомнил, засмеялся и спросил:
— Шьешь, Гево? Шьешь еще?
Отец усмехнулся и ответил:
— Немножко шью...
Надо сказать, что отец прекрасно управлялся со швейной машинкой «Зингер». Шить он не шил, но что-то перешить, ушить и т.п. ему не стоило ни труда, ни времени. Оказалось, что умение это он приобрел в студенческие годы. Студентом он очень нуждался. Его отец — мой дедушка — умер рано. Мама — моя бабушка — профессии не имела и работала в том же общежитии, где жили студенты (по адресу ул. Камо, 7), уборщицей. Для того, чтобы как-то более-менее существовать, они затеяли «бизнес» — шили и продавали на рынке телогрейки (ватники). Шилось две штуки. На деньги за одну покупалась еда, еще что-то; на деньги за другую покупался материал на две следующие. Я, помню, не мог понять, почему было не «раскрутиться», не шить хотя бы пять-десять телогреек. Товарищ отца укоризненно посмотрел на меня:
— Папе же рисовать надо было, Каро-джан! Он же не цеховик был, а студент. Будущий художник! Ему деньги только чтобы выжить были нужны, а не для богатой жизни. Зачем больше, да?
То есть отцу в голову не приходило нашить больше телогреек, открыть какой-нибудь кооператив («цех»), наживать большие деньги! И мне — юному дуралею — вдруг открылось строгое и высокое понимание критерия достаточности достатка. Критерий прост: денег нужно столько, чтобы выжить, то есть не умереть от голода и холода. Всё. Этого достаточно*. Абсолютная целесообразность как абсолютная верность цели. Отец любил повторять: «Мы едим, чтобы жить, а не живем, чтобы есть!».
Я вчера сынку рассказал про это. То есть я ему и раньше рассказывал, но как-то упускал подчеркнуть этот предпринимательский минимализм/аскетизм отца (две телогрейки и не больше!). Сынок, кажется, лучше понял (хотя и прежде понимал) что-то в моих вечных отказах от подбрасываемых иногда друзьями идей начать делать светские заказы, увеличить число работников, создать сопутствующие производства...

PS «Мы едим, чтобы жить, а не живем, чтобы есть». Если получается жить так, то нас очень сложно заставить поступить против совести. Потому что мы же можем не согласиться предать свою цель, чтобы есть, чтобы жить, когда оказывается, что жить нам придется только для того, чтобы есть J
___________________________________
* Они со смехом вспоминали, как папа, получив диплом, пятился к выходу, чтобы не показать латку на штанах сзади.
Tags: Отец, Память
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 57 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →